День девятый. Прощание
POV Тэхён
Пробуждение сегодня было счастливым и мучительным одновременно. Вчерашний день мне запомнился волшебной сказкой, которой не должно было случиться. И я проснулся с осознанием того, что мои дни уже сочтены, словно вчерашний день — это было моё последнее желание, и теперь мне надо уйти. Если вспомнить, что с момента, когда Нилли подарила мне ещё девять дней, прошло уже немало времени, а значит, мне остался день или два.
Окончательно проснувшись и сев в кровати, я посмотрел в окно. Такое чувство, что погода отзывалась на моё состояние. Небо затянуто серыми тучами, дул ледяной ветер, который едва ли колыхал ветви деревьев, но пронизывал до костей. Вдобавок к этому шёл мелкий дождик, который вряд ли смог заставить одежду промокнуть, но порядком раздражающий.
— И это мой последний день, — печально констатировал и поплёлся в душ.
Спустился я на кухню ещё до того, как проснулись родители. Решив порадовать любимых родственников, я начал готовить завтрак: яичные роллы, немного риса и варёные сосиски. Когда я уже сервировал стол, на кухне появилась омони*.
— Тэхён-а~, ты сегодня рано, сынок, — она подошла ко мне, слегка приобняв, и потрепала мои волосы.
— Доброе утро, омони. Завтрак готов.
— Утро доброе, семейство, — прогремел голос отца, и папа размашистым шагом вошёл на кухню и подошёл к жене, нежно приобняв её за талию, и поцеловал в щёку, после перевёл взгляд на меня.
Мы сели за стол и приступили к завтраку. Несколько минут всё ели молча, после чего я спросил:
— Омони... — осторожно начал я.
— Да? — вежливо отозвалась мама, вопросительно посмотрев на меня.
— Скажи, если бы это был твой последний день на земле, как бы ты его провела?
Женщина сглотнула и тут же взволнованно спросила:
— Сынок, ты себя неважно чувствуешь? — мама отложила палочки в сторону и приложила ладонь к моему лбу. — С чего вдруг такие вопросы?
Я аккуратно убрал её ладонь, нежно погладив по тыльной стороне.
— Омони, всё в порядке, — попытался улыбнуться, — это всего лишь тема для сочинения в школу. Не волнуйся, — я выдержал небольшую паузу и добавил: — Так как бы ты его провела?
— Глупый вопрос, конечно же, я бы провела его с вами, моими любимыми мальчиками, — мама накрыла наши с папой ладони своими.
— Папа, а ты?
— Конечно, я бы хотел провести его с семьёй, занимался бы обычными домашними делами.
Мы продолжили завтракать молча, думая каждый о своём. Папа мельком посмотрел на часы и встал из-за стола, чтобы убрать тарелки, когда я снова задал вопрос:
— Помните, вы предлагали провести день вместе, вы хотели взять выходной на работе...
— Помним, — немного настороженно сказал отец.
— Давайте, вы возьмёте выходной на сегодня.
— Сынок, у тебя точно всё в порядке, — встревоженно поинтересовалась мама.
— Просто погода за окном не радует, и мне так захотелось провести этот день с вами.
— Хорошо, я думаю небольшой отдых мы заслужили. Тем более что ты впервые хочешь побыть с семьёй за последние... — папа запнулся и быстро сменил тему. — Сейчас позвоню в офис, — подвёл итог и вышел из кухни.
Омони помогла мне прибрать со стола, после чего мы вместе вымыли посуду. Когда мама ставила последнюю тарелку в навесной кухонный шкафчик, я тихо подошёл к ней сзади и крепко обнял со спины. Женщина вздрогнула от неожиданности, а потом нежно похлопала ладонью по моим, которые замком сцепились на её талии.
— Тэхён-а~, ты чего вдруг? — ласково спросила омони.
— Я тебя очень сильно люблю, мамочка. Прости, что все эти годы заставлял тебя волноваться обо мне. Я был недостойным сыном. Вы столько пережили с момента моего лечения в Германии.
Я чувствовал, как мама напряглась всем телом.
— Ты помнишь это?
— Да, — я медленно отстранился от мамы, и она тут же развернулась ко мне лицом. — Я вспомнил всё, вспомнил Нилли.
— Сынок, — в глазах женщины застыли слёзы.
— Не волнуйся мама, я уже пережил эту боль. Больше не стоит об этом беспокоиться.
В этот момент к нам подошёл отец.
— Ну, чем сегодня займёмся? Судя по погоде на природу вряд ли получится выбраться.
Я отстранился от мамы и, повернувшись к отцу, сказал:
— Мы так давно не готовили кимчхи*, ты же как раз хотел заниматься обычными домашними делами вместе с нами, — просиял я улыбкой.
Приготовив посуду под кимчхи, мы всей семьёй стали вымывать овощи. Все приготовления шли молча, и мне это было на руку. Я хотел попрощаться с родителями, дать им какое-то напутствие, чтобы они не отчаялись после моего ухода. От воспоминаний какими подавленными я их видел в первый день после аварии, моё сердце болезненно сжималось. Поэтому я тщательно подбирал слова, пытаясь начать непринуждённый разговор.
— Мама, а почему вы с папой не захотели заводить ещё детей? Я всегда мечтал о братике или сестричке, или даже об обоих? – наконец, нашёл я подходящую тему разговора.
Родители переглянулись, после чего папа, едва заметно вздохнув, начал:
— Ну, сынок, много лет назад, у тебя были кое-какие проблемы с... — папа выдержал паузу, подбирая слова, и продолжил: — со здоровьем. Мы все силы потратили на твоё лечение, и у нас просто не было времени подумать о втором ребёнке. Так что...
— Но сейчас с моим здоровьем всё хорошо, может стоит задуматься об этом? — перебил я отца.
Тут в разговор вмешалась мама, передавая мне очередной кочан пекинской капусты.
— Ну, мы уже не так молоды.
— Глупости, ты ещё очень молодая, омони!
— Сынок...
— Я знаю, вам много пришлось пережить, после смерти моей подруги детства, — я видел, как округлились глаза отца от удивления, но мама без слов сказала ему, что я всё вспомнил. — Но, может, я лучше перенёс бы эту утрату, если бы мне было о ком заботиться. Я скоро окончу школу, и, возможно, уеду учиться в другой город, а вы слишком молоды, чтобы ждать внуков, и вполне могли бы воспитать ещё одного ребёнка. И, если меня не будет рядом, — я заметил, как напряглись оба родителя, поэтому поспешил добавить: — долгое время: учёба, сессия, то вам не будет так одиноко. Как бы то ни было, ребёнок — это самая большая радость жизни, это настоящее счастье.
— Тэхён-а~, — едва сдерживая слёзы, протянула мама, — я и не знала, что ты так мечтал о братике или сестричке.
Честно признаться, не сказать, чтобы я не хотел брата или сестрёнку, просто я не задумывался об этом. Моя жизнь была простым процессом поддержания жизненных показаний моей мёртвой внутри оболочки, на большее я был просто не способен. Но сейчас я ощутил острое желание иметь маленького родственника, я бы многому его научил, хотя сейчас это было бы лучшее утешение родителям. Быть может, после моей смерти, они вспомнят, об этом моём желании, и подарят всю свою любовь новой маленькой жизни.
Я не мог сказать ничего больше, поэтому просто улыбнулся своей квадратной улыбкой, вложив в неё столько счастья и любви, сколько мог.
Приготовление кимчхи прошли очень весело: мы вымыли все овощи, приготовили заправку из мелко нарезанной морковки, зелёного лука, чеснока, красного перца и рыбного соуса. Мы сидели все в небольшом кругу, друг напротив друга, и, почти напевая, смазывали каждый качал пекинской капусты заправкой. Я старался вложить всю свою любовь и заботу, в приготовление кимчхи, зная, что оно останется у родителей, после моего ухода.
Сколько всего я пропустил, проживая свою мёртвую жизнь, сколько прекрасных моментов прошло мимо — не этого хотели мои родители, которые пытались вытащить своего любимого единственного сына из немой комы. Я потерял вкус жизни, и теперь должен с ней проститься. Достойное наказание для того, кто посмел пренебречь этим великим даром. Наверно, именно поэтому я не задавался вопросом «Почему я?», наверно, именно поэтому я так легко смирился со своей судьбой. И, если задуматься, то я получил самым большой подарок, который мог получить живой мертвец вроде меня — я вновь повстречал утраченного друга, родственную душу, свою первую любовь. В один день, я смог испытать то, чего не могут испытать некоторые люди даже за всю свою жизнь. И всему этому я должен быть благодарен Нилли — девочке, которая своей неистовой волей к жизни, любовью к ней, смогла победить смерть. Я не могу позволить такому человека, пожертвовать этой самой жизнью, ради такого как я. Что ж, я долго шёл к осознанию своей смерти, и теперь, действительно, готов уйти. Остался последний шаг.
— Омони, — начал я после того, как мы, уставшие, сели за стол, пить чай, — я был неблагодарным ребёнком, пренебрегая твоей любовью и заботой, когда ты пыталась мне помочь справиться с болью первой утраты. А ведь мама — это самый важный человек в жизни каждого. Матери любят своих детей с первой секунды их жизни и в течение всего времени вкладывают в них свою душу, ласку и любовь. Они мечтают о счастливом будущем для ребёнка и изо всех сил стараются сделать его таким. Они всегда находятся рядом, готовы помочь, готовы забрать всю боль себе, пожертвовать чем угодно ради любимого малыша. И ты была рядом все эти годы, как могла, залечивала мои раны, но я только сейчас это увидел. Я только сейчас увидел твоё сердце изнутри, мама. И я хочу сказать, что оно очень дорого мне. Прости меня, за все слёзы и не держи на меня зла, молю. Я очень сильно люблю тебя, моя дорогая омони!
Из глаз мамы, которая с нежной улыбкой смотрела на меня, текли слёзы, подобно маленьким бриллиантам блестели на её щеках. Я видел, как дрожат её руки, и, чтобы хоть немного унять эту дрожь, я обнял её.
— Тэхён-а~, — только и могла выдавить мама.
Я посмотрел на отца, в его глазах читалась гордость, гордость за повзрослевшего сына. Я много хотел сказать ему, сказать, как сильно я его люблю, но папа, видимо прочитав всё это на моём лице, едва заметно покачал головой, как бы говоря: «Я знаю, сын, я всё знаю». Он лишь положил свою массивную ладонь мне на колено, и немного сжал его.
POV Тэхён, конец
Примечания:Омони* — обращение к маме (кор.)
Кимчхи* — блюдо корейской кухни, представляющее собой остро приправленные квашенные (ферментированные) овощи, в первую очередь пекинскую капусту.
Bạn đang đọc truyện trên: AzTruyen.Top